«Кредитование в Украине возобновится, когда сюда вновь пойдут западные деньги»

Если посмотреть сегодня на финансовые балансы большинства украинских компаний, то доля заемных денег в них нередко составляет 90–95%.  Это значит, что собственные деньги, которые предприниматель вкладывает в бизнес, — 5%, а иногда всего и 1%.  В такой ситуации собственник в случае успешности бизнеса получает всю прибыль, а в случае неудачи теряет не он, а все остальные. Это устраивает очень многих, кроме банков и других кредиторов, которые в этом участвуют.

У такой ситуации есть своя история. 18 лет назад, когда все начиналось в Украине, у предпринимателей не было денег, а в стране не было инвестфондов. Даже если предприниматель получал активы вследствие приватизации или еще каким-то образом, средства для развития ему взять было просто неоткуда. По­этому банки  выступали не столько в роли фин­учреждений, сколько в роли инвесткомпаний — фактически они делили риски с предпринимателями. В случае неудачи бизнеса банкир просто забирал его себе. Таким образом формировались финансово-промышленные группы.

Сегодня компании уже окрепли, а привычка жить по схеме, когда банки фактически являются инвесторами, но не участвуют в управлении, осталась. Все еще широко распространено убеждение: «Я вам плачу проценты, почему тогда должен возвращать деньги». Вот только банки возражают против такого взгляда. В основном это касается западных финучреждений, которых становится в стране все больше и больше. На текущий период их в Украине 40–50%. В развитых странах инвестиционный банковский бизнес и бизнес коммерческого кредитования четко разграничены. В банковской среде главный принцип — возвратность денег. Если деньги даются, периодически они должны возвращаться. И не только в виде процентов, но и как основная сумма.

Перенести к нам эту культуру оказалось не- просто. Вследствие этого возникло множество разочарований у предпринимателей, которые недоумевают, почему банки вдруг требуют, чтобы у бизнеса были собственные средства, почему иногда требуют возвращать всю сумму.

В Украине деньги есть, но их не так много. Последние несколько лет они в основном привносились извне — за 5 лет страна привлекла порядка $100 млрд (и это только внешние банковские заимствования). Это позволяло экономике страны расти на 7–9% в год. В некоторых индустриях этот рост составлял до 20%. Сейчас поток таких денег приостановился. Кредитование в Украине возобновится, когда сюда вновь пойдут западные деньги. А это, в свою очередь, произойдет, когда правила игры будут близки кредиторам, которые эти деньги дают. Если стандарты будут близки к стандартам кредиторов, потоки опять восстановятся.

Я не призываю к тотальному обелению украинской экономики (хотя очень хотелось бы), но я реалист. Однако призываю предпринимателей оставлять часть прибыли в компаниях, не выводить ее полностью, даже если это влечет за собой уплату налогов. Я призываю предпринимателей сделать компании более понятными и прозрачными для банковской системы — это тот путь, по которому нам надо идти. И в зависимости от того, как предприниматель будет себя вести, будет определяться общая ситуация доступности денег в стране и то, куда и какими темпами страна будет экономически развиваться. Если денег будет мало, технологический разрыв с развитыми государствами будет увеличиваться, и страна останется там, где особых технологий не нужно (какие-то базовые добывающие индустрии). Очень не хотелось бы оказаться в ситуации банановой республики.